доступно на этих языках
English edition Dutch edition German edition Polish edition Italian edition Brazilian edition French edition Serbian edition Swedish edition Indonesian edition Ukrainian edition Spanish edition Albanian edition Hungarian edition Macedonian edition Slovenian edition Chinese edition Russian edition Finnish edition Slovak edition
"Бросить вызов демократии требует смелости. Сделать это в печатной форме требует героизма."
Даг Френч, Laissez Faire Books

Демократия = коллективизм

Тем не менее, именно это мы и намерены сделать в настоящей книге: выступить против Бога демократии, особенно национальной парламентской демократии. Демократическая модель принятия решений полезна лишь в некоторых условиях, в маленьких сообществах или ассоциациях. Национальная же парламентская демократия, характерная почти для всех западных стран, имеет больше недостатков, чем преимуществ. Парламентская демократия несправедлива, ведет к бюрократизму и стагнации, подрывает свободу, независимость и предпринимательство и неизбежно приводит к антагонизму, разложению, летаргии и разорению. И не потому, что отдельные политики не справляются со своей работой или плохая партия находится у власти, а потому, что такова сама демократическая система.

Главный признак демократии состоит в том, что «народ» сам решает, как должно быть организовано общество. Иными словами, мы вроде как «вместе» принимаем решения обо всем, что нас касается. Насколько высоки должны быть налоги, сколько денег надо расходовать на заботу о детях и стариках, с какого возраста разрешается употребление алкоголя, какие суммы работодатели должны отчислять в пенсионный фонд для своих работников, что должно быть указано на этикетках товаров, чему следует учить детей в школе, сколько денег тратить на развитие экономики, на возобновляемую энергию, на спорт, на оркестры; как владелец бара должен управлять своим заведением и можно ли там курить, как надо строить дома, насколько высоким должен быть процент по кредитам, сколько денег надо иметь в обращении для оптимального функционирования экономики, можно ли спасать банки от банкротства за счет вкладчиков, кому разрешается заниматься врачебной практикой, кто может открыть больницу; имеют ли люди право умереть, если они устали от жизни, и при каких обстоятельствах считается, что страна находится в состоянии войны. Демократия подразумевает, что все эти вопросы, и тысячи других, решает «народ».

Таким образом, демократия по определению является коллективистской системой. Демократия — это социализм через заднюю дверь. Главная идея здесь в том, что желательно и правильно, чтобы все важные решения относительно физической, социальной и экономической организации общества принимались коллективом, народом. И народ уполномочивает своих представителей в парламенте — то есть государство — принимать за него эти решения. Иными словами, в условиях демократии вся структура общества неизбежно замыкается на государство.

И тогда становится очевидным, что демократия это никакая не естественная вершина политической эволюции человечества. Приписывать демократии какую-либо политическую ориентацию — это чистая пропаганда. И разумных альтернатив демократии на самом деле более чем достаточно.

Одна из таких альтернатив называется свободой, или либерализмом (в классическом смысле слова, а не в том искажённом до не узнаваемости, который сегодня в ходу в России и США). Очевидно, что свобода и демократия это разные вещи. Решаем ли мы демократчески, сколько каждый из нас должен тратить на одежду? Конечно, нет. Каждый решает для себя сам. И эта свобода выбора всех устраивает. Тогда зачем решать непременно демократически все другие вопросы, касающиеся нас лично, — от обустройства рабочего места, выбора врача или пансионата до распорядка работы кафе или клуба?

Не в том ли главная причина многих проблем в нашем обществе, что мы всё подряд решаем демократически и поставили практически все экономические и социальные вопросы под прямой или косвенный контроль государства? Что бюрократизм, чрезмерное государственное вмешательство, паразитизм, преступность, коррупция, безработица, инфляция, низкие стандарты образования, и т. п., вызваны не тем, что демократии мало, а самой демократией? Что всё это так же естественно сопутстсвует демократии, как пустые прилавки и полные до отказа автобусы сопутствовали коммунизму?

Вот это мы и хотим показать в настоящей книге.

Книга состоит из трёх частей. Первая часть посвящена нашей вере в Бога парламентской демократии. Как всякая религия, демократическая вера зиждется на наборе догм — положений, принимаемых всеми как неоспоримые истины. Мы приводим их в виде тринадцати мифов о демократии.

Во второй части мы демонстрируем практические следствия демократической системы и объясняем, почему демократия неизбежно ведёт к застою и что делает её неэффективной и несправедливой.

В третьей части мы представляем альтернативу демократии, а именно систему, основанную на индивидуальном самоопределении, децентрализации, местном самоуправлении и диверсификации.

Критическое отношение к существующей национально-демократической системе не мешает нам смотреть в будущее с оптимизмом. Многие люди пессимистичны потому, что видят бесперспективность нынешней системы, но не находят привлекательной альтернативы ей. Они знают, что государство сверх меры контролирует их жизнь, но сами они не в состоянии контролировать государство. Единственной алтернативой, какая приходит им в голову, является та или иная форма диктатуры, вроде «китайской модели», или та или иная форма национализма или фундаментализма.

Но здесь они ошибаются. Демократия не синоним свободы. Это одна из форм диктатуры — диктатура большинства и государства. Не является она и синонимом справедливости, равенства, солидарности и мира.

Демократия — это система, введенная около 150 лет назад в большинстве стран Запада якобы с целью осуществления социалистических идеалов в условиях либерального общества. Какими бы ни были цели в то время, сегодня нет никаких причин продолжать цепляться за национальную паламентскую демократию. Она больше не работает. Пришло время для нового политического идеала, в котором продуктивность и солидарность обеспечиваются не на основе демократической диктатуры, а в результате добровольных отношений между людьми. В этой книге мы надеемся убедить читателя в том, что возможность осуществления этого идеала реальнее, чем многие себе представляют, и что к его достижению стоит приложить усилия.